Пожар в высотке


© drugoi

Когда я подъехал к полыхающей огнем новостройке на улице Ивана Бабушкина, во двор только-только въезжали пожарные машины. Декоративная обшивка верхних этажей горела сильно, от здания валил черный дым, который было видно издалека. Рядом со зданием неспешно ходили люди в форме: милиционеры, охранники, МЧСовцы, пожарные. Кто-то тянул брезентовые рукава для тушения, кто-то переговаривался по рации. Вокруг, как обычно, толпились зеваки с мобильными телефонами в руках. Огонь постепенно охватывал всю верхнюю часть здания.




Пока устанавливали машину с раздвижной лестницей, несколько пожарных тушили горящие панели обшивки, которые падали на землю.


Я всегда думал, что при строительстве таких зданий применяются огнестойкие и негорючие материалы.
Оказалось, что вся эта красота прекрасно горит.



Черт знает из чего делают эту облицовку, но она полыхала даже на земле, свалившись с огромной высоты.









Подъехали два мужика из МЧС, вынесли раскладной столик, рядом с которым потом стоял "штаб тушения пожара" —
несколько человек в спецодежде с рациями.






А пожарные всё прибывали.









Дело дошло до поднятия 30-метровой лестницы. В люльку залез пожарный, его стали поднимать наверх.






Пожарного в люльке подняли под небеса, но делать ему там было пока нечего — вода вверх по рукаву не шла.
Через несколько минут прибежал парень в синей майке с надписью МЧС и стал с помощью местных идиоматичеческих выражений выяснять у пожарных почему нет воды.



Оказалось, что её нет, потому что основной рукав перекручен донельзя и вода по нему не идет.
Начали лопаться другие рукава, из разных мест стали бить фонтаны воды.
Пожарные под крики парня в майке начали распутывать рукав.
Картинка была еще та: здание горит, наверху торчит пожарный с пустой пушкой, а внизу пытаются добыть воду.
Парень в майке не выдержал и попросил меня не снимать.



Хорошо горит!



Когда воду все-таки дали, оказалось, что напор её недостаточен и до стены дома она не добивает.



Проблема была еще и в том, что люлька на лестнице дотягивалась только до самого низа горящей части.






Со стены горящей высотки продолжали срываться горящие панели.
Некоторые перелетали на другую сторону улицы и застревали в ветвях деревьев.






Вода под нормальным давлением пошла примерно через полчаса, когда пожар уже кончился и стены дома только дымились.




Рядом с одной лестницей поставили другую и двое пожарных поднялись вверх.
Стали лить воду из двух стволов, но огня уже не было, а было чувство, что пожарные просто отрабатывали своё время.
Тем более, что до верха здания, где еще виднелись небольшие очаги огня, добить они не могли
— там работали бойцы, забравшиеся на крышу.




Я подумал, как хорошо, что дом не успели заселить.


Фотографии: © drugoi
promo adagamov.info март 31, 17:47
Buy for 2 000 tokens
Вы помогаете самым слабым и беззащитным - детям и взрослым, чья жизнь близка к завершению. Мы не знаем, сколько времени осталось, но с вашей помощью стараемся каждый день жизни наших пациентов сделать комфортнее, теплее и светлее. Спасибо за помощь! Сделать пожертвование:…
Думаю, пока народ не приучили ходить по судам и адвокатов по йогуртам не наплодили, нормотворчество должно не цвести буйным цветом, а держаться в разумных пределах.
я тоже так думаю
но, по-моему, в нормах на огнеупорность жилых зданий или в том, что кроме сортира должно быть предусмотрено и место для парковки, нет ничего "буйноцветного"
Можно издать сотню ГОСТов и все их обойти, чему мы свидетели.
Можно издать 01 закон: дом сгорел - застройщик сел. Думаю, на данном этапе развития гражданского общества это будет продуктивнее.
Радикальный закон про парковки пока не придумал))))
А завтра застройщик, чтобы не сесть от пожара, начнет пропитывать паркет в квартирах токсичными огнеупорами, или использовать канцерогенный асбест. И мы захотим второй закон, потом третий... И через 20 лет кто-то умрет от рака, а доказать, что виной всему именно этот асбест будет невозможно. Да и застройщика уже нет в помине.
Стандарт - он же не для того, чтобы сажать. Он для того, чтобы те, кто собирается строить, знали минимальные требования, ниже которых не стоит опускаться.
Всё равно ведь опускаются, когда выгодно.
Я по своей работе каждый день убеждаюсь, что нормативы соблюдаются, когда их количество не превысило разумного предела, после чего начинается лавинообразный пофигизм: всего выполнить невозможно, значит ничего отдельно взятое не важно. Только старые, опытные, тёртые волки знают, что, когда и в какой мере можно нарушать. Но при общем тренде профанации во всех профессиях таких всё меньше.
А вообще мы все скоро умрём. Причём, очень многие, от тех самых лекарств, продуктов и материалов, которые сегодня считаются вполне надёжными и безопасными.